«медси» возглавила рейтинг крупнейших частных клиник в россии

Химкинский провал

Единственная попытка доктора Ройтберга выйти за пределы столицы относится к 2012 году. Он решил построить в Московской области «ядерный центр» — наполовину многофункциональную, наполовину онкологическую клинику. Ройтберг говорит, что он вдохновился речами президента Дмитрия Медведева о проектном финансировании здравоохранения с льготными ставками. «Медицина» купила участок земли в Химках, разработала проект на 22 000 кв. м, за свой счет подвела воду, электричество, канализацию — на все пришлось потратить $20 млн.

«Мы одними из первых ринулись оформлять документы, — вспоминает Ройтберг, — но я понял, что это бесполезно: финансирование получают огромные компании, у которых все имущество заложено-перезаложено и им нечего предложить банкам». Он попробовал запустить в Химках проект государственно-частного партнерства, обещанного властями Московской области, но потерпел поражение — его обошел конкурент. В 2015 году правительство Московской области заключило 12-летнее концессионное соглашение с компаниями «ПЭТ-Технолоджи Подольск» и «ПЭТ-Технолоджи Балашиха» на создание двух онкорадиологических центров с общим объемом инвестиций 4,5 млрд рублей. Свои вложения концессионер должен окупить за счет тарифов ОМС и субвенций из бюджета региона.

В пресс-службе заместителя председателя правительства Московской области Дениса Буцаева подтвердили, что правительство рассматривало вопрос поддержки строительства онкоцентра ОАО «Медицина». По их словам, инвестор просил не только общей поддержки проекта вроде налоговых льгот и сопровождения в получении разрешительной документации, но и подтверждения фиксированных тарифов и квот. Это возможно в рамках концессионного соглашения. «Инвестор отказался от реализации в рамках концессионного соглашения, так как по его условиям имущество переходит в собственность Московской области, что неприемлемо для ОАО «Медицина», — сообщил Forbes представитель Буцаева.

Центры в Балашихе и Подольске строятся на условиях концессии, но, возможно, дело не только в этом. Сейчас «ПЭТ-Технолоджи Подольск» и «ПЭТ-Технолоджи Балашиха», по данным «СПАРК-Интерфакс», на 100% принадлежат бизнесмену Алексею Царькову (связаться с ним не удалось). Царьков входит в совет директоров компании «ПЭТ-Технолоджи», «дочки» «Роснано», которая уже несколько лет строит ПЭТ-центры в разных регионах России. От лица правительства Московской области концессионные соглашения на строительство онкоцентров подписывал Денис Буцаев, который в 2012–2013 годах работал гендиректором «ПЭТ-Технолоджи». «Можно было обратиться в Федеральную антимонопольную службу — там же уши торчат и все фамилии известны, — сокрушается Григорий Ройтберг. — Но годы пройдут, а мне это надо?»

READ  Два российских танка вошли в рейтинг лучших в мире

Пока на купленном участке с полностью подведенными коммуникациями в Химках все еще стоят здания старой больницы. Свои $20 млн Ройтберг не вернул. Однако правительство области заключило с ОАО «Медицина» договор на обследование позитронно-эмиссионным томографом, позволяющим выявлять раковые опухоли на самых ранних стадиях. За год на этих обследованиях «Медицина» заработала около 90 млн рублей.

Перестройка за перестройкой

Онкологический центр Григорий Ройтберг открыл в 2013 году в том же 2-м Тверском-Ямском переулке, назвав его Sofia. Стационар на 105 палат и новейшее оборудование (например, уникальные для России ускорители TrueBeam, способные уничтожать некоторые опухоли за один сеанс облучения) обошлись «Медицине» в $145 млн. Ройтберг рассчитывал, что через 3–4 года после запуска центр привлечет еще и «медицинских туристов» из дальнего зарубежья и увеличит выручку компании вдвое.

Откуда деньги? Ройтберг продал за $35 млн 6,09% своей компании IFC — инвестиционному подразделению Всемирного банка. Елена Стерлин, глобальный менеджер IFC по медицине и образованию, рассказывает, что корпорация «инвестирует в здравоохранения, которые нацелены на оказание важных и недостаточно развитых медицинских услуг, а «Медицина» стремится к высокому качеству и развитию первостепенных для России вопросов — диагностике и лечению рака». Остальные средства — свои и кредитные. После прихода IFC в компании появился совет директоров. «Мне всегда казалось, что совет директоров — это ненужное нагромождение, которое еще стоит денег, — признается Ройтберг. — Мы создали его из-за них (IFC. — Forbes), в него вошла их представитель Елена Стерлин, и оказалось, что действующий совет директоров — это потрясающе эффективная вещь».

В 2014 году председателем совета стал бывший министр финансов Алексей Кудрин, а одним из членов — Илья Ломакин-Румянцев, банкир и первый руководитель Московского городского фонда ОМС. Кудрин рассказывает, что познакомился с Ройтбергом как пациент, потом они общались на темы частной медицины, а затем владелец клиники пригласил финансиста в совет директоров. Заработали новые комитеты, «стали серьезнее относиться к стратегии, проводить обзоры корпоративного управления», говорит он.

READ  10 конспирологических теорий о коронавирусе

В начале нынешнего года совет рассматривал вопрос выкупа доли IFC. В 2012 году компания была оценена в $540 млн. Кудрин объясняет, что, когда инвестор входил в капитал, «компании трудно было взять деньги с рынка и нужна была серьезная поддержка, все эти годы от клиники требовалось сохранять высокую долю прибыльности для удовлетворения требований по доходности капитала». Елена Стерлин из IFC не подтверждает, что корпорация готовится продавать долю в «Медицине», сам Ройтберг говорит, что такой вопрос «обсуждался», но твердо ничего не решено.

Совет директоров утвердил формулу расчета капитализации компании, подготовленную, по словам Ройтберга, консультантами Deloitte: средняя EBITDA за три предыдущих года по аудированной отчетности с мультипликатором 12. Если бы стоимость компании рассчитывалась так на конец прошлого года, она была бы $209 млн. Доля Григория Ройтберга составляла бы $195 млн.

А Ройтберг уже увлечен новым проектом. По его словам, химкинский — «хороший проект, но этот — фантастический». Если пройти мимо второго корпуса ОАО «Медицина» в 3-м Тверском-Ямском переулке в сторону центра, можно увидеть еще два обветшавших дома. Ройтберг задумал их расселить и построить за $160 млн новый корпус с педиатрической клиникой. «Есть даже иностранные инвесторы, — загорается он, — и я думаю, что снова через все это пройду».

Мать и дитя

Мать и дитя

На протяжении нескольких лет, клиника женской и детской медицины «Мать и Дитя» занимает первое место в рейтинге лучших частных клиник России. Здесь Вы найдете всевозможные услуги, которые можно оказать женщинам и их детям.

Появилась компания в 2006 году благодаря акушеру-гинекологу Марку Курцеру. Сейчас организация имеет 40 филиалов в 26 городах России. Первичное обращение к специалисту клиники не опускается ниже 3000 рублей. Выручка за 2017 год составила 14 миллиардов рублей.

READ  Главные политические фигуры 2020 года

Читай также:

8 лучших производителей рыбьего жира 7 самых полезных каш в рационе спортсмена 11 лучших витаминов с кальцием 9 целебных напитков от простуды 5 способов повысить тестостерон естественным путем

С поглощениями и без

В стране начался бум частной медицины. По данным Росстата, за 2000-2007 годы страховые премии в системе ДМС выросли с 12,8 млрд до 63,6 млрд рублей. В 2006 году, подсчитывало агентство BusinesStat, объем московского рынка платных медицинских услуг достиг $1,98 млрд. Discovery Research Group полагала, что на ДМС пришлось тогда 42%, на оплату физлицами в кассу — 44%, а остальное — на «неформальные платежи».

Предпринимателей рост рынка вдохновлял, но стратегии они выбирали разные. Известный акушер-гинеколог, владелец группы «Мать и дитя» (MDMG) Марк Курцер на полученном в 2001 году участке земли в Москве построил перинатальный центр, в 2013 году — еще один, в Подмосковье. После IPO 2012 года группа объявила, что начинает приобретение успешных региональных компаний. Теперь у MDMG есть амбулаторные и стационарные учреждения в 14 городах России помимо столицы, от Санкт-Петербурга до Иркутска, плюс три клиники в Киеве.

Принадлежащая Владимиру Евтушенкову компания «Медси» начала с покупки в 2007 году медицинских активов страховой компании РОСНО, а в 2012–2013 годах провела слияние с ГУП «Медицинский центр» правительства Москвы. После этого ГУП перестал получать госзаказ на обслуживание чиновников, который приносил до 75% выручки. Несмотря на запуск в 2015 году большой собственной клиники, выручка и операционный доход «Медси» упали.

«Не могу сказать, что на заре компании у меня не было мыслей об M&A, но потом я от них отказался, мне это стало профессионально неинтересно», — признается Григорий Ройтберг. По словам Гераскина из DMG, «Ройтберг пока как в коконе ». Гераскин считает, что «Медицине» нужны «щупальца по всей стране». В провинции есть платежеспособный спрос, и Ройтберг может безболезненно привлечь $50–60 млн кредитов и купить недорогую сеть, но, возможно, пока он и его менеджмент не рассматривали такую идею.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: